Поиск по сайту
Таинства
  • Крещение
  • Исповедь
  • Причастие
  • Венчание
  • Помощь
  • Информационно-консультационный центр по вопросам сектантства
  • Реабилитация наркозависимых
  • Епархиальный Центр защиты жизни и семейных ценностей во имя святителя Иоанна Шанхайского
  • Образование
  • Воскресная церковно-приходская школа
  • Занятия со взрослыми
  • Занятия с детьми от 3,5 до 8 лет
  • Занятия с детьми от 8 до 14 лет
  • Занятия православного молодёжного хора
  • Детский православный лагерь
  • On-line библиотека
  • Паломничество
  • Расписание паломнических поездок

  • Главная » Новости » Лариса Лужина: «Я хочу, чтобы в сердце каждого человека жила радость»

    [05.03.2013] Лариса Лужина: «Я хочу, чтобы в сердце каждого человека жила радость»

             

    Замечательная актриса, Актриса с большой буквы, народная артистка Российской Федерации Лариса Анатольевна Лужина... Незабываемы фильмы с ее участием, особенно те, старые, советских времен. Но она блещет и в современном кино. Причем снимается Лариса Анатольевна активно, ею сыграно большое количество ролей.

    – Откуда столько энергии, Лариса Анатольевна?

    – Конечно, иной раз бывает очень тяжело, но не роптать же! Тем более что я люблю жизнь, люблю свою работу, люблю зрителя. Вот эта любовь и дает мне силы...

    – Страна отметила 69-ую годовщину снятия блокады Ленинграда. У меня дедушка жил на Галерной, но мы так и не знаем, умер ли он от голода или погиб во время бомбежки. Но я нашел дом, где он жил, ходил вокруг него, было немного грустно и одновременно радостно. Как будто повидался с дедом… Вы как-то сказали, что несмотря на то, что были совсем маленькой, помните это время. Страшная трагедия коснулась и вашей семьи, беда вошла в ваш дом, вы тоже потеряли в блокаду родных людей…

    – Да, от голода умерли папа и сестра, погибла бабушка. Мы жили на Нарвском проспекте. Папа был моряком, ушел на фронт ополченцем, защищал форт «Серая Лошадь» под Кронштадтом. Когда его ранили, то почему-то (видимо, потому что он был ополченцем) привезли домой, а не в госпиталь. Попади папа в госпиталь, может, и выжил бы… Там все-таки кормили. После похорон мама перебирала папину постель, и нашла под простыней сухарики. Он сам не ел, оставлял для меня – самой маленькой.

    Не так давно, весной, пришла на Пискаревское кладбище, где был похоронен папа. Обратилась за помощью к администратору мемориала, показала справку о смерти, датированную январем 1942-го года. Она указала на захоронения 1942 года: «Идите туда». Я иду, понимая, что мои поиски обречены: в каждом захоронении по 20 тысяч человек! И вот здесь произошло чудо, о котором я не перестаю всем рассказывать. Неожиданно надо мной появилась чайка, и я тут же вспомнила легенду о том, что души погибших моряков переселяются в чаек. А папа был моряком, и поэтому я невольно стала следить за птицей. Она пролетела немного и села на один из обелисков. И я уже не сомневалась, что папа похоронен именно здесь. Подошла, прочитала надпись «1942 г., февраль», положила к могиле цветы. Ищу глазами папину фамилию, но разглядеть не могу. И в этот момент чайка взлетает, с того места, на котором она только что сидела, осыпается снег, и я вижу… крокус! Невозможно описать чувства, переполнившие мое сердце: «Папа дал о себе знать, первый весенний цветочек подарил»… Слезы так и полились из глаз. А через несколько дней позвонили с Пискаревки: «Лариса Анатольевна, ваш отец, Лужин Анатолий Иванович, похоронен именно в этом месте!»

    – Вот ведь как Господь сподобил вам встретиться со своим отцом… Лариса Анатольевна, в конце войны вы ведь жили в Сибири?

    – Нас с мамой эвакуировали в Ленинск-Кузнецкий Кемеровской области. Сейчас это город, а тогда – деревня. Блокадников высаживали на каждой станции, и их разбирали по домам местные жители. Нас высадили в Ленинск-Кузнецком. Мы с мамой стояли очень долго, всех уже разобрали, а мы остались. А кому мы нужны? Изголодавшиеся, ослабленные. Все равно люди старались брать в дом таких, чтобы могли помогать по хозяйству, были в силе. Стоим одни на перроне. Поезд давно ушел. Вдруг подходит женщина – тетя Наташа – с девочкой чуть постарше меня – Надей – и говорит, чтобы мы шли к ней. Потом она призналась, что не хотела нас брать, однако случайно взглянув на маму, увидела ее глаза, полные слез, и не смогла пройти мимо. Слава Богу!

    – А что еще помните из вашей жизни в эвакуации?

    – Свою первую награду за актерское выступление! На встрече Нового, 1945-го, года в детском садике, организованном при мясокомбинате, устроили новогоднюю елку. Я читала стихотворение Александра Твардовского «Рассказ танкиста»: «Был трудный бой. Все нынче, как спросонку, И только не могу себе простить: Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку, А как зовут, забыл его спросить». Рассказала – и гром аплодисментов! А директор мясокомбината взяла меня на руки, унесла в другую комнату и подарила мне… котлету! Вкусную!!

    И еще одно яркое воспоминание тех лет: нас везут в товарняке обратно в Ленинград. Лето. Одеты все – кто во что горазд. Вдруг на ходу приоткрываются двери вагона, нас ослепляет солнце, в проеме видим лицо солдата. «Девоньки! – кричит он, – через 20 километров Ленинград!» Что тут началось! Все стали открывать свои чемоданы, сумки, узелки, доставать красивые платья, наряжаться, прихорашиваться! Радость такая…

    – Вы рассказывали, что после эвакуации часто причащались Святых Христовых Таин.

     – Это было в Таллинне. Наша квартира в Ленинграде оказалась занятой, и мы с мамой вынуждены были уехать в Таллинн к моему дяде. И там я с подружками бегала в Казанскую церковь причащаться. После того, как мы подходили Чаше, нам давали теплоту (запивочку) и просфорки!

    – Из ваших воспоминаний мы знаем, что вы работали манекенщицей в Таллиннском Доме моделей, причем когда выходили на подиум, то обязательно улыбались своей очаровательной улыбкой, что в общем-то на подиуме не приветствуется. Но вы ничего не могли с собой поделать: открыто несли с собой эту радость, чтобы поделиться ею со зрителями! А потом был ВГИК. Вы учились у Сергея Герасимова?

    – Да. Он очень мне помог. И не только во время учебы. Это ведь он убедил Ростоцкого снять меня в картине «На семи ветрах», хотя тот изначально хотел снимать другую актрису. И это он поддержал и выручил меня, когда я «при дворе» впала в немилость. Об этом многие знают. Картину «На семи ветрах» представили на Каннском кинофестивале. Вместе с Сергеем Герасимовым, Станиславом Ростоцким, другими нашими корифеями поехала и я. На приеме один американский журналист привязался ко мне с просьбой станцевать модный танец твист. Я – ни в какую, но Сергей Аполлинариевич Герасимов подтолкнул меня вперед: «Покажи им!» Меня же во время танца сфотографировали, и эту фотографию опубликовал французский журнал «Paris Match» с броским и вызывающим заголовком. Журнал увидела Фурцева, и я стала невыездной. Хотя ничего вольного в этой фотографии не было. Разве что твист в нашей стране тогда не приветствовался. Как всегда помог Сергей Аполлинариевич. Он пришел к Фурцевой и сказал, что это он разрешил мне танцевать. Так сказать, взял всю вину на себя. И мне вновь дали зеленый свет.

    – Говорят, Фурцева была не в меру жестким человеком.

    – Но она многим и помогала. А сколько фильмов буквально спасла! Благодаря Фурцевой Вячеслав Тихонов сыграл в «Войне и мире» князя Болконского. А по замыслу Сергея Бондарчука должен был играть Стриженов. Но Тихонов нравился Фурцевой, и она настояла. Бондарчук был очень недоволен…

    – С фильмом «На семи ветрах» вы объездили весь мир…

    – Тем не менее наряду со множеством интереснейших встреч с великими актерами, имевшими международную известность, я навсегда запомнила встречу с одной из своих зрительниц, простой русской женщиной, на премьере в Иркутске. Она бросилась ко мне, обняла, прижала к себе, тихо плачет и шепчет: «Доченька, спасибо тебе, спасибо…» Я поняла, что она из того, военного поколения, которое знает, что такое любить, верить и ждать…

    – Лариса Анатольевна, я читал, что вы были очень популярны в Германии. За работу в немецком сериале «Доктор Шлютер» вы стали лауреатом Национальной премии «Золотая ветвь телевидения ГДР».

    – С 1964 по 1968 годы я снялась в нескольких фильмах в Германии. Сначала было непросто. Я ненавидела немцев, как ненавидели немцев и многие мои соотечественники, пережившие страшную войну, тем более потерявшие в ней любимых людей. Для меня немцы были врагами. Но со временем я успокоилась: меня постоянно окружали порядочные, добрые люди, с которыми у меня всегда ладились отношения. Правда, один раз произошла крайне неприятная история. В Германской Демократической Республике 8 мая праздновали День Освобождения. Я до этого никуда особо не выходила, а здесь, проникнувшись праздничным настроением, попросила своего немецкого коллегу – известного немецкого артиста – поводить меня по кабачкам. В одном из таких ресторанчиков мы сели за большой общий стол, заставленный национальными яствами, конечно же, сосисками, шнапсом. Рядом со мной сидел немец без руки. Помню, подумала: «Уж не фронтовик ли?» Я тогда уже хорошо понимала немецкую речь, а он, наверное, не знал, что я русская, потому что все время рассказывал военные истории. И вдруг я слышу, что он вспоминает о том, как воевал в Сталинграде и как «косил из автомата русских» и «если бы ему сейчас дали автомат, то он, не задумываясь, сделал бы то же самое». Здесь моя русская душа не выдержала, я поднялась и при всех со всего маху двинула его по морде. Мой немецкий коллега среагировал моментально. Он схватил меня за руку и через задний вход уволок на улицу.

    – В прошлом году вы приняли участие в открытии православного кинофорума «Золотой Витязь» в Омске. А каково ваше отношение к православным кинофестивалям вообще? Нужны они?

    – Конечно, нужны. Ведь представленные на них кинокартины очищают душу человека, они целят ее. Сегодня с экрана столько льется непотребного, грязного или просто ненужного, наносного, что просто жизненно необходимы картины о вечных ценностях: чистой любви, вере, надежде. У меня трое внуков, и я хочу, чтобы они видели доброе кино.

    – В завершении скажите несколько слов нашим читателям.

    – Что я могу такого сказать…. Нельзя унывать! Что бы ни произошло – Господь все дает по силам, и Сам же еще помогает нести крест! А потом, если принимаем без ропота – воздаст сторицей. Нужно любить все, что дает Бог. Как у Виктора Бокова в его стихотворении «Чудо»: «И всё-таки: жизнь – это чудо, А чуда не запретишь! Да здравствует амплитуда – То падаешь, то летишь!»

    Верить нужно. Верить в Бога и доверять Богу. И тогда в душе поселится радость. Я хочу, чтобы эту радость в своем сердце ощутил каждый человек.

    Протоиерей Александр Новопашин
    Радонеж

    Календарь

    Последние новости
    11.12.2019 «Столетняя война» Константинополя
    10.12.2019 Дворкин рассказал, кто стоит за ритуальным убийством ребенка в Екатеринбурге
    09.12.2019 «Ищите Христа в Церкви, только Его ищите!»
    09.12.2019 Константин Толкачев предложил контролировать деятельность религиозных сект
    08.12.2019 Благодарность от ветеранов "Антитеррора"
    08.12.2019 Модные психологические тренинги оборачиваются уголовными делами
    07.12.2019 Сколько акафистов надо прочитать, чтобы все получилось?
    06.12.2019 Слово в день святого благоверного князя Александра Невского

    Тайна ложных учений