[18.04.2026] О новых попытках царебожников внести смуту в жизнь Церкви

«человек никак не искупит брата своего
и не даст Богу выкупа за него» (Пс. 48: 8)

1. О почитании святых

Чем же характеризуется Православие в отличие от западных направлений христианства? В Православии ещё сохраняется правильное понимание того, что совершил Христос и что должны сделать мы, чтобы воспользоваться тем, что сделано Им нас ради и нашего ради спасения. А потому ключевое и самое важное, на чем твердо стоит Православие и что позволяет ортодоксальной Церкви исповедовать истинное христианство – это Священное Предание Церкви. Что стоит за произнесением этих слов в практическом смысле? Наше глубокое убеждение в том, что подлинное богомыслие, истинное богопознание и правильная христианская жизнь осуществлялась теми, кого мы именуем святыми учителями Церкви, святыми отцами и подвижниками Православия. Именно этим святым мы верим, благоговейно относимся к их наследию, стараемся изучать их духовный опыт и насколько это возможно следовать оному.

Одним из таких великих подвижников, безусловно является святой преподобный Симеон Новый Богослов (949 – 1022 гг.), который произнес следующие слова: «И кто не хочет со всей любовью и смирением соединиться с самым последним (по времени) из святых, имея к нему некое неверие, тот никогда не соединится и с прежними, и не будет включён в ряд предшествовавших святых, хотя бы ему казалось, что он имеет всю веру и всю любовь к Богу и ко всем святым»[i]. И, действительно, православная традиция подчеркивает особо благоговейное отношение к почитанию святых угодников Божиих, как наших учителей и наставников. Апостол Павел пишет: «поминайте наставников ваших, которые проповедовали вам слово Божие, и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере их» (Еф. 13: 7).

Вместе с этим необходимо отметить, что в истории Церкви бывали прецеденты искажения веры не только в сторону пренебрежения в почитании тех или иных святых, но и напротив, в сторону чрезвычайного, чрезмерного почитания того или иного святого, что, естественно противоречило церковной традиции. Так уже в самом начале христианства, когда святые апостолы Павел и Варнава пришли в город Листру (14-я глава книги Деяний святых апостол), где святой Павел исцелил человека с парализованными ногами, то народ, видевший это, возгласил: «боги в образе человеческом сошли к нам» (Деян. 14: 11), а местный жрец языческого бога Зевса вознамерился принести им жертвоприношение. Тогда апостолы Варнава и Павел, услышав о сем, разодрали свои одежды и, бросившись в народ, громогласно говорили: «мужи! что? вы это делаете? И мы – подобные вам человеки, и благовествуем вам, чтобы вы обратились от сих ложных к Богу живому, Который сотворил небо и землю, и море, и все, что в них» (Деян. 14: 14-15).

Через 1000 лет в Византии при императоре Алексее Комнине (1081 – 1118 гг.) среди верующих появились своего рода три лагеря почитателей: первые – особое и первейшее внимание уделяли святителю Василию Великому, вторые – святителю Григорию Богослову, третьи – святителю Иоанну Златоусту. Споры были настолько жесткими, что захватили внимание почти всех жителей Константинополя. Тогда однажды ночью три святителя явились во сне св. Иоанну Мавроподу, митрополиту Евхаитскому и в один голос сказали ему: «Как ты видишь, мы все вместе находимся рядом с Богом и никакие размолвки или соперничество нас не разделяют… Среди нас нет ни первого, ни второго, ни третьего… повели тем, кто ссорится, не создавать из-за нас расколов в Церкви, поскольку при жизни все свои усилия мы посвящали установлению единства и согласия в мире»[ii].

История Русской Православной Церкви также знает подобные прецеденты. Ещё при жизни святого праведного Иоанна Кронштадтского возникли несколько групп его горячих почитателей, которые провозглашали святого праведного Иоанна чуть ли не «новым воплощением Иисуса Христа». Эти секты получили название «иоанниты» и сам святой праведный Иоанн с глубокой скорбью воспринял факт появления таких «последователей», ибо таковое почитание было для святого гораздо хуже позора и бесчестия. Всероссийский батюшка, как его называли в народе, отлучал таковых своих почитателей от Причастия.

В Западном христианстве, в частности, в римо-католичестве вполне стихийно в среде простого народа появилось чрезмерное почитание Девы Марии, которое постепенно (столь же стихийно) вылилось в учение о том, что Пресвятая Дева вместе со Своим Сыном Господом нашим Иисусом Христом принимала непосредственное участие в деле искупления рода человеческого, а потому назвали Ее «Соискупительницей» (Co-Redemptrix). Подчас вполне естественное, но, увы, неразумное ввиду своей чрезмерности чувство уважения, почтения к Богородице или к тому или иному святому, переходящее подчас границы должного и дозволенного рождает самые настоящие ереси, т. е. искажение христианского вероучения.

2. О ереси

Слово ересь происходит от древнегреческого α?ρεσις – выбор, когда из всей полноты вероучения берется (выбирается) какая-то его часть, фрагмент, который возводится в некий абсолют, т. е. ему придают особое, наивысшее значение в ущерб всем прочим фрагментам и в ущерб полноте всего вероучения как такового. Так в V в. Константинопольский архиепископ Несторий пытаясь рационально объяснить, как Истинный Бог стал Истинным Человеком выдвигает теорию согласно которой Божественный Логос (Бог Слово) вселяется в человека Иисуса и человек Иисус лишь соединен с Божеством некоей внешней благодатной связью (подобной той, которая существовала между Богом и ветхозаветными праведниками, но качественно намного выше). Таким образом ересь несторианства строилась на гиперболизации учения о человечестве Иисуса Христа в ущерб Его Божественному достоинству (т. к. с Ним он соединен чисто внешне).

Как некая попытка «ответить» последователям Нестория Константинопольского возникает другая крайность – монофизитство, последователи которого утверждали, что человеческая природа Христа, воспринятая Им от Матери, «растворилась» в Божественной природе, фактически поглощена Божеством. В данном случае, напротив, Божество Иисуса Христа возводилось в некий абсолют в ущерб иным догматическим утверждениям и всей полноте Истины о том, что Господь наш Иисус Христос не только Истинный Бог, но и Истинный Человек.

Как в первом, так и во втором случае само дело нашего спасения фактически обесценивалось, и сама Жертва Христа обессмысливалась. Ведь, если Второе Лицо Пресвятой Троицы лишь внешне соединено с «человеком Иисусом», если природа человеческая не воспринята Богом Словом, то она и не исцелена от того страшного онтологического повреждения, в котором находилась после греха прародителей. Если же эта человеческая природа «растворилось» в Божестве, то ее фактически не стало, а значит и спасать некого и нечего. И несторианство и монофизитство ниспровергали основное утверждение христианства о том, что только Истинный Бог, став Истинным Человеком (т. е. восприняв человеческую природу, будучи не внешне только соединен с нею и не растворив ее в Себе) спасает всего человека.

Учение, согласно которому Пресвятая Богородица объявляется «Соискупительницей» означает ни много ни мало, что Жертва Христа (согласно этому учению) была недостаточной для спасения человека, коль понадобилось ещё некая дополнительная жертва, некое дополнительное соучастие в ней. А этим ниспровергается и великое достоинство как самого Спасителя, так и Его беспрецедентной Жертвы, что с точки зрения христианской традиции несомненно является хулой на Господа.

3. История учения о «царе-искупителе»

Точно такой же ересью является и т. н. учение о царе-искупителе святом Николае II. Уже в 20-е, 30-е гг. в печати русской эмиграции появляются высказывания о смерти последнего русского императора, как об некоей искупительной жертве[iii]. В 1931 г. в Харбине публикуется «Пророчество Авеля», текст весьма сомнительного происхождения, в котором последний русский император прямо назван «искупителем, принявшим по измене народа терновый венец, и уподоблен непорочному агнцу»[iv]. В поствоенные годы в рядах РПЦЗ достаточно активно продвигалась идея о том, что убийство царской семьи лежит тяжким грузом над всем русским народом, который предал императора и допустил его расстрел[v].

С падением СССР эта идея была воспринята частью православной общественности Новой России, а точнее сказать – неофитами, которые, придя в Церковь, в своем сколь категоричном, столь и эмоциональном неприятии «всего советского» легко восприняли данную харизматичную идею об ритуальном убийстве царя-мученика и необходимости всенародного покаяния за это страшное деяние. Эти неофиты объединялись в различные «братства», пользовались разного рода сомнительными «пророчествами», наставлениями столь же сомнительных старцев, нередко противопоставляли свое «истинное православие» официальной церковной иерархии, а в нагнетании среди своих участников и последователей алармистских настроений и апокалиптических страхов вполне соответствовали характеру и духу тоталитарных сект, в общецерковном же смысле являя собой раскол.

В такого рода псевдоправославных сектах (нередко существующих, увы, и в рамках тех или иных канонических приходов и монастырей) процветали и другие весьма сомнительные взгляды – почитание неканонических икон[vi], неприятие страховых полисов, ИНН и иных электронных документов, отказ от вакцинации (а в более широком аспекте – медицинское диссидентство), непременное согласие с почти любыми конспирологическими теориями[vii].

Повторимся, данное мировоззрение («царебожничество») распространено как среди прихожан канонической Русской Православной Церкви Московского Патриархата (хотя, по сравнению с 90-ми гг. количество стихийных царебожников пошло на спад), так и среди многочисленных околоправославных движений, маргинальных псевдоправославных сект[viii]. Их численность никогда не представляла собой чего-то значимого, однако весьма скандальное, иной раз нарочито показушное поведение, а также крайне экстравагантные религиозные взгляды (с точки зрения христианской традиции – кощунственные, богохульные[ix]), не могли не обращать на себя внимание. Свидетелями их скандального, а иной раз и хулиганского поведения нередко становились участники Международных Рождественских Образовательных чтений, других христианских форумов и т. д. Представители царебожнических течений поджидали посетителей у входа на православные конференции и вручали им листовки с так называемым апологетическим материалом.

4. Критика учения о «царе-искупителе»

Итак, о чем же говорит сама теория т. н. царя-искупителя? На Земском соборе в 1613 г. была принесена соборная клятва пред Богом от лица русского народа, народа-богоносца и «нерушимая» присяга дому Романову и монархическому строю. Происшедшее в 1917 г. свержение самодержавия, а в 1918 г. казнь святого императора Николая II по мнению идеологов теории царя-искупителя являлось ужасной изменой клятве от лица всего русского народа, т. н. «соборным грехом», который является подлинной причиной всех последующих трагичных событий в новейшей истории нашей Родины, и, соответственно, требующем «всенародного покаяния»[x]. Смерть невинного царя и измена ему уподобляется крестной смерти самого Христа, а сам царь – Христу. Уподобление св. царя Николая Христу распространяется и на сами обстоятельства его отречения и расстрела – станция Дно уподобляется Гефсиманскому саду, а подвал дома Ипатьева – Голгофе. В конце времен св. царь Николай по мнению царебожников подобно Христу проявит себя, как «царь-победитель», а ночь с 16 на 17 июля ежегодно толкуется ими как т. н. «царская Пасха»[xi].

Идеологи теории царя-искупителя утверждают, что царь своей кровью искупил свой неверный народ от «соборного греха»[xii] и его тяжких последствий. Однако «последствия» все равно наступили. Бедствия, постигшие русскую землю в XX в., равно, как и современное «не лучшее положение вещей в стране» трактуется царебожниками, как кара Божия ныне живущим за отступничество предшествующих поколений от царя лично, династии Романовых и, наконец, – монархии как таковой. В данном случае мы являемся свидетелями первого и весьма яркого логического несоответствия в рамках данной теории – Христос искупил от греха всё человечество… всё, да не всё… оставил чуток «спасительных усилий» св. царю Николаю, дабы тот искупил от некоего частного греха русский народ. Но и соискупитель, увы, не смог искупить весь русский народ от тяготеющего на нем греха, и Божий гнев выливается-таки на Россию в течение всего XX в. и по сию пору.

Возможно, именно поэтому царебожники измыслили необходимость некоего всенародного чина покаяния, чтобы надлежащие «заслуги» царя-искупителя воздействовали в полной мере на весь народ. И, действительно, с конца 1990-х гг. в селе Тайнинском (Мытищи) у памятника св. Николаю II, совершается особый «Чин покаяния в грехах русского народа»[xiii]. В связи с тем, что именно через это село в 1613 г. пролегал путь Михаила Романова (первого русского царя из династии Романовых) данное место считается идеальным для проведения «всенародного чина покаяния»[xiv], поскольку (по мнению царебожников) придаёт совершенно особый, уникальный, сакральный смысл самому чину.

Не менее интересны и личности основных пропагандистов идеологии царебожничества. С 2005 года «Чин всенародного покаяния» около памятника проводился по благословению и под руководством одиозного архимандрита Петра (Кучера). В течение нескольких лет данную церемонию (назовем это действие именно так) проводил бывший игумен Феофил (Дзюбан), самозванный «епископ», брат и последователь ушедшего в раскол бывшего епископа Анадырского и Чукотского Диомида. К участию в церемонии большие усилия приложил самозванный «тверской епископ» Корнилий (Радченко), который основал собственную «Царскую Православную Церковь Святой Руси», разорвав отношения с бывшим соратником по «партии» царебожников Дзюбаном.

От лица Святейших Патриархов, церковных иерархов, богословов, философов, публицистов многократно звучали слова осуждения т. н. теории царя-искупителя, была достоверно показана абсолютная и всесторонняя несостоятельность данной идеологии и, казалось бы, само царебожничество, как некая акциденция, как некое возрастное воспаление должно было само по себе отпасть по мере восстановления нашей Церкви, взросления и утверждения православного сознания… Однако, нет… Идеологи царебожничества пытаются вновь взять реванш и доказать, что их мировоззрение является естественной частью православной традиции.

5. Новые «царебожники»

В интернете и печати появилась новая брошюрка под названием «Апология соборного покаяния» (далее – Апология). В ней вновь повторяется мысль о том, что «над русским народом тяготеет грех цареубийства, а посему Россия пребывает в тяжёлом состоянии». Авторы данной «Апологии», видимо сами не замечая того, повторяют уже изжившие себя мифы, пропагандистские сценарии, рассчитанные исключительно на уже закосневших в соответствующих взглядах адептов данного движения или на совсем молодых неофитов, которые не были свидетелями достаточно жесткой полемики касательно данного вопроса, закончившейся не в пользу идеологов теории царя-искупителя.

Но даже если мы согласимся с приведенной выше цитатой о том, что «над русским народом тяготеет грех цареубийства», то возникает чрезвычайно интересный и неожиданный вопрос – а что мы должны понимать под русским народом? Вопрос очень серьезный и авторы «Апологии» не написали ни строчки касательно данного моменты. По каким признакам бы должны относить того или иного человека к русскому народу? По принципу генетической, мировоззренческой, социальной, сословной, религиозной принадлежности? По принципу культурной идентичности или самоидентификации? А может исходя из места его проживания – Центральная Россия, Малороссия, Прибалтика или Сибирь? Над кем же тяготеет этот грех? Идеологи теории царя-искупителя отвечают – над потомками тех русских людей, которые жили в 1918 г., т. е. были современниками тех трагических событий – убийства св. царя Николая и его семьи.

Допустим, если генералов, чиновников, значимую часть русской аристократии, которые в самый критичный момент предали государя, вынудив его отречься от престола ещё можно одних напрямую, других – косвенно[xv] обвинить в кровавой расправе над царственными страстотерпцами, то каким образом к этим злодеяниям могли быть причастны обычные крестьяне, жившие в Смоленской, Орловской или Тамбовской губерниях? Каким образом к этому убийству могли быть причастны рабочие Донецкого металлургического завода или ткачихи Балашихинской хлопкопрядильной фабрики? Каким способом могли способствовать этой расправе русский учитель, работавший в Риге, русский юрист, уехавший в вынужденную эмиграцию или русский солдат, находящийся в немецком плену?[xvi] Каким образом могли обычные русские люди (крестьяне, рабочие, служащие) допустить или не допустить (!) казни российского императора?

«Над Россией и Русским народом довлеет нераскаянный грех цареубийства. Пока этот грех не будет глубоко осознан и исповедован перед Богом, Россия будет пребывать в тяжёлом состоянии» – такими словами, собственно, начинается сама Апология и сразу же возникают вопросы – а убийства царей Федора Годунова, Павла I, Александра II не тяготели над Россией в течение всей дореволюционной эпохи и не требовали глубокого осознания и исповедания? Может подобная забывчивость русского народа и привела дореволюционную Россию к тому тяжёлому состоянию, которое вылилось в серию кровавых революций начала XX века? Может стоит копнуть глубже фундамент российской истории и начать с коллективного раскаяния в убийстве святого благоверного князя Андрея Боголюбского? И что означает глубокое осознание и исповедание сего греха (цареубийства) перед Богом? В какой форме авторы «Апологии» видят подобное глубокое, а не поверхностное осознание и исповедание данного греха – в форме частной исповеди или некоего коллективного мероприятия? Наконец, как быть с теми многочисленными россиянами-советскими людьми, которые уже отошли ко Господу и не могут в форме привычной нам исповеди покаяться в данном грехе? А ведь среди обычных советских людей было гораздо больше тех, кто (в силу разных причин, в том числе и в силу воздействия разнузданной советской пропаганды) с непочтением, а порой и с нескрываемым презрением относились к последнему российскому императору, чем среди ныне живущих? Как быть с ними, как им осознать свою неправоту, свой грех и покаяться?

6. Основные тезисы идеологии «царебожников»

Что же можно сказать касательно самого содержания идеологии царебожничества и признания святого страстотерпца Николая II соискупителем наших грехов?

Первое. В Новом Завете неоднократно утверждается, что Господь Иисус Христос – Единственный Искупитель и Спаситель рода человеческого, Он Своей Крестной Жертвой единожды спас всё человечество от первородного повреждения, Он же спасает каждого конкретного человека, который кается в своих личных грехах во все времена. Апостол Павел пишет: «а Сей, как пребывающий вечно, имеет и священство непреходящее, посему и может всегда спасать приходящих через Него к Богу, будучи всегда жив, чтобы ходатайствовать за них» (Евр. 7: 24-25). Соответственно нет никакой нужды даже Самому Господу вновь и вновь приносить некую повторную жертву или дополнять её ещё чьей-то жертвой. История Церкви не знает такой мысли. И приписывая св. царю Николаю роль некоего соискупителя, идеологи царебожничества оскорбляют не только Господа Бога, представляя Его неким «недоискупителем», но и самого св. царя Николая II, полагая, что милость Божия по отношению к нему (проявленная в акте прославления его во святых) опять же недостаточна и требуется ещё некое «сверхпрославление» его в лике «соискупителя».

Идеологи царебожничества утверждают, что св. царь Николай является соискупителем потому, что его убили культовые сатанисты и данное убийство носило ритуальный характер. Во-первых, исторической науке доподлинно неизвестно – было ли это убийство ритуальным или не было. Многочисленные публикации в псевдоправославных СМИ касательно того, что убийство последнего русского императора была именно ритуальным, увы, не подтверждены какими-либо фактическими свидетельствами, которые могли бы быть приняты исторической наукой и являются большей частью догадками, весьма хлипкими предположениями. Во-вторых, даже если допустить, что данная казнь имела ритуальный характер и царь вместе со своей семьей был принесен в жертву сатане, то это отнюдь не означает, что св. царь Николай II стал соискупителем. Какие логические суждения приводят идеологов царебожничества к такому сомнительному выводу? Если некие сатанисты принесли некоего христианина в ритуальную жертву сатане, то Церковь может прославить этого человека в лике мученика, великомученика, но не соискупителя.

Разумеется, каждый православный христианин желает своего спасения, надеется войти в Царствие Небесное. Здесь речь даже не идёт о каких-то мечтах быть прославленным в лике святых, а, по словам апостола Павла: «имею желание разрешиться и быть со Христом» (Фил. 1: 23). Само по себе прославление человека в лике святых – это уже величайшая награда – «Бог прославляем в совете святых» (Пс. 88: 8). Какая награда для верующего может быть выше и значимее? И тот факт, что Церковь прославила св. Николая в лике святых уже должен удовлетворить всех тех православных христиан, кто испытывает какие-то добрые и благоговейные чувства по отношению к последнему русскому монарху. И тем не менее, движение царебожников худо-бедно, но продолжает существовать, развиваться и предлагать все новые и новые (хотя столь же сомнительные, как и ветхие) тезисы своей идеологии.

Так современные идеологи теории царя-искупителя утверждают, что де-конечно, они совсем не пытаются хоть в чем-то сравнить величину искупительной жертвы Господа нашего Иисуса Христа и святого царя Николая II. Потерпев сокрушительное фиаско в отстаивании своего основного тезиса («святой царь Николай II – соискупитель») царебожники решили взять реванш используя более осторожные и уклончивые формулировки. В «Апологии» неоднократно утверждается, что путь любого святого христианского мученика в той или иной степени можно сравнить с шествием Христа на Голгофу, и любую такую мученическую жертву можно уподобить Жертве Христовой и в условной степени наименовать также спасительной или искупительной. Да, действительно можно. Более того, любой подвиг преподобного святого, просто благочестивого православного христианина можно в какой-то степени уподобить Жертве Христовой. В конце концов, жизнь настоящего православного христианина и есть жертва.

Но, вместе с тем абсурдно и, можно даже сказать, безумно полагать, что тот или иной святой – мученик, преподобный, святитель или юродивый, взяли на себя и искупили грехи той или иной общности (народа или государства) и теперь-де народ должен принести некое особое покаяние за то, что их нечестивые соплеменники умучили этих святых. А уж с преподобными и того хуже – кому и за что приносить покаяние, коль эти монахи сами на себя наложили обеты монашеские, самовольно брали на себя некие тяжкие аскетические подвиги. Да, в истории Священного Писания, равно как и в Житии святых можно найти массу случаев, когда тот или иной царь или пророк, тот или иной человек лично (!) каялся за преступления своего народа, когда некая общность людей осознанно и с полным пониманием совершаемого приносили личные покаяния в своих злодеяниях. Бывали случаи, когда святые вымаливали личные грехи почти посторонних им людей. Но всегда это было личное, глубокое, осознанное покаяние святого человека, который видел в себе силы и стяжал Божию благодать принять на себя грехи других людей. Всегда в центре данного действия было личное покаяние конкретного человека, его личная боль, ответственность, любовь и надежда, а не некое внешнее мероприятие, не громкая церемония.

Можно оставить за скобками данной работы многочисленные псевдобогословские выкладки идеологов теории царя-искупителя ввиду как их специфического характера, так и псевдобогословской сущности. Но одно такое высказывание, пожалуй, заслуживает особого внимания. Итак, «Народ как единая соборная личность несет коллективную ответственность за грехи, относящиеся ко всем его членам. Это подтверждается тем, что у каждого народа есть свой Ангел-хранитель (Втор. 32, 8)». Дело в том, что само понятие личности в Церкви догматизировано и его осмысленное, целенаправленное богословское употребление ведет нас в эпоху великих каппадокийцев (свт. Василий Великий, свт. Григорий Богослов, свт. Григорий Нисский, свт. Амфилохий Иконийский) завершивших богословско-терминологическую проработку догмата Святой Троицы. Для арианских, а позже несторианских, монофизитских и даже иконоборческих споров крайне важно было определить, что лицо (личность, ипостась) – не есть природа и хотя личность призвана обладать своей природой, быть нераздельной с нею (как бы над природой), однако же не является частью самой этой природы.

Греческое слово ?π?-στ?σις, ?π?-στ?σεως со строго богословской точки зрения не имеет тождественного перевода на русский язык и определяется именно, как ипостась ибо традиционное понятие греческой философии «лицо» (πρ?σωπον) давало повод к еретическому толкованию в учении Савеллия (для которого три «лица» были сродни «личинам», то есть маскам), а латинское «лицо» («persona») вообще синонимировало такие понятия, как «личность» и «индивид». В Восточном Православном богословии за термином «ипостась» закрепилось значение исключительно личностного бытия, владеющего своей природой и являющегося субъектом всех действий и волевых решений (а данном контексте) человека. А посему выражение в духе «Народ как единая соборная личность несет коллективную…» выдает в его авторах абсолютную богословскую безграмотность, непонимание сути самого термина личность (ипостась), догматизированного на II и последующих Вселенских Соборах. С точки зрения традиционного православного богословия нет и не может быть никакой «единой соборной личности» – это даже не ересь, это некий пантеизм, форма какого-то вполне примитивного языческого культа.

Необходимо отметить и абсолютно неуместное употребление в данном контексте термина «соборная». Простите, соборность – это не крестьянская община, не колхозная сходка, не некая форма примитивной демократии, где все вопросы решаются «соборно», т. е. вместе… но с разрешения царя… Нет. Соборная Церковь, т. е. кафоличная (καθ — «сообразно» и ολος — «целый», т. е. «во единое целое») означает – собирающая вместе, в единое духовное пространство всех тех людей, которые веруют во Христа. Эта Церковь – единая, она присутствует во всём мире, а не только в России. И это не какой-то уранополитизм, а догматическое учение Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви с которым авторы «Апологии» знакомы крайне поверхностно, если вообще знакомы.

7. Мифология «царебожничества»

Отдельно можно высказаться и касательно того «тяжёлого состояния» в котором пребывает Россия по сию пору. Авторы «Апологии» опять повторяют замшелый миф о том, что до революции де «русский народ был един в понимании своего пред Богом предназначения: хранить веру Православную и служить богоустановленной власти». Такого рода «аргумент» рассчитан, пожалуй, на людей, совершенно не знающих историю. Не дай Бог нашей стране придти в то же состояние, в котором она находилось перед революцией и которое привело к революции! И здесь речь идёт не о начале XX века, а о всей предшествующей эпохе.

Можно вспомнить житие свт. Игнатия Брянчанинова. Когда его отец, обычный православный аристократ Александр Семенович, узнал о намерении сына принять иноческий постриг, то, во-первых, он грозил сыну лишить его наследства, во-вторых через соответствующие знакомства, в том числе через Обер-прокурора, угрожал тогдашнему петербургскому митрополиту Серафиму большими неприятностями[xvii], в случае если митрополит не воспрепятствует желанию молодого Брянчанинова принять монашеский постриг. Ещё раз отметим, что А. С. Брянчанинов не был сатанистом или масоном, он был обычным благочестивым православным аристократом, но у него было своё понимание, какое именно предназначение у русского народа, русского аристократа и каким именно образом необходимо хранить веру Православную. И он был не одинок в соответствующем понимании. Но что это было за «единение»? Увы, очередной миф! Игумен Никон Воробьев (1894 - 1963) вспоминал, что уроки Закона Божия в той самой благочестивой царской России превращались во «время острот и кощунств»[xviii].

Авторы «Апологии» пишут: «Православные христианские державы в пределах Богом благословенных земных царств – апофеоз замысла Творца о спасении верующих во Христа». Апофеоз замысла Творца – Царство Небесное, всеобщее воскресение, ликование праведников, новое небо и новая земля (Откр. 21: 1), «И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло» (Откр. 21: 4). Земного же царства, земного владыку-мессию ждали как раз те, кто распяли Христа.

Авторы «Апологии» декларируют: «Обязанность для России хранить истинную православную веру «до скончания века» была закреплена в богословских трудах после падения Константинополя и может быть реализована только в парадигме православной монархии, которая способна возродиться через покаяние». Естественно, никаких ссылок ни на какие богословские труды авторы «Апологии» не дают – почему, скажем, истинная Православная вера может сохраняться только «в парадигме православной монархии»? Что вообще такое «парадигма православной монархии?». Может в данном случае уместнее говорить о «парадигме Удерживающего»? Но и здесь в святоотеческой традиции есть самые различные мнения в понимании того – кто такой Удерживающий, в том числе и прямо противоположные. И, наконец, только ли покаяния достаточно для того, чтобы возродить православную монархию? Конечно же, покаяние великая вещь, но его подчас недостаточно, чтобы заживить сломанную руку – нужны шины, гипс и т. д. Так и с монархией – нужна, во-первых, аристократия… и где её взять? Нужна целая сословная система, серьёзный комплекс «соединений» и «скреп». Вообще, авторы «Апологии» по-настоящему понимают – что такое монархия, хоть раз задумывались над этим? Или же просто пользуются этим красивым популистским термином, профанируя подлинную идею монархии, ибо и преследуют совсем иные цели, а не те, которые декларируют.

Поэтому, увы, придётся, кому-то может и скрепя сердце, но расстаться с красивым мифом о повсеместно верующей, православной, благочестивой России, существовавшей до революции. К сожалению, все было намного сложнее: и в народе и тем более у аристократии и зарождающейся интеллигенции. А уж использовать этот миф в качестве аргумента «всенародного покаяния» – есть просто обман и манипуляция, вот мол, организуем и проведём это «покаянное мероприятие». Как только прогремит это «покаяние» по всей России-матушке, вот тогда и вернётся к нам прежнее наше благочестие и царь-батюшка… не сразу, конечно, но вернётся… и процветёт Россия.

Хотелось бы отдельно обратиться к авторам этой «Апологии». Пользоваться подобными слабыми и манипулятивными аргументами, а точнее технологиями – бесчестно и некрасиво! В конце концов т.н. «тяжёлое состояние» не является некоей объективной характеристикой того или иного положения той или иной страны в тот или иной период, ибо тяжесть тяжести рознь. Скорее, это является психологическим переживанием современников тех государственных и общественных нестроений, которые имеют место быть у всех государств и во все эпохи. А, соответственно, пожалуй, к любому периоду Российской истории (равно как к истории других стран и народов) эта характеристика «тяжёлого состояния» вполне приложима.

8. Логические несостыковки в идеологии царебожничества

Но на время забудем о форме, а вернёмся к содержанию данной «Апологии». Итак, каким образом появляется некое наследование греха, которое не смывается Крещением, правильной духовной жизнью, Покаянием и Причащением Святых Христовых Тайн? Учитывая, что идеологи царебожничества вменяют этот грех исключительно к потомкам тех, кто мог быть гипотетически причастным к цареубийству, то возникает ещё один вопрос – почему Таинство Крещения смывает все грехи крещаемого человека, а вот этот грех, грех цареубийства не смывает? Почему ныне живущим чадам Русской Православной Церкви оные идеологи не вменяют в вину убийства новомучеников и исповедников Церкви Русской? Идеологи резонно отвечают – св. Николай был царём, носителем сакральной власти, а, соответственно, его убийство является ритуальном убийством, де-факто отречением от Христа, а такой грех – грех несмываемый. Но тут же возникает вопрос – если убийство св. царя Николая есть грех несмываемый, то каким образом некое «соборное покаяние» может его смыть? Ещё одна яркая логическая несостыковка в учении идеологов царебожничества.

Если вдруг появляется такой грех, что даже Таинства Крещения, Исповеди и Причащения бессильны пред ним, так каким образом некий «чин» может избавить целый народ от этого греха и последствий его? Даже, если согласиться с царебожниками в том, что на всех русских людей каким-то образом перешёл грех цареубийства, то и разрешаться этот грех должен был бы посредством личной исповеди каждого конкретного русского человека, а не с помощью каких-то публичных показушных мероприятий. В данном случае, приходится констатировать, что идеологи царебожничества являются носителями самого обычного оккультного магического сознания или обрядоверия. Согласно их теории, Таинства Церкви, а значит и Сам Господь не имеют власти над всеобщим грехом цареубийства, а имеет оную власть некий «покаянный» вояж к некоему памятнику, где паломники выслушают слова «правильного» чинопоследования, сами произнесут слова «нужного» акафиста и этими действиями разгонят те злобные тучи, которые тяготеют над Россией с 1918 г.

9. Вопросы к идеологам царебожничества

Возникают и другие вопросы к носителям этой идеологии. Дело в том, что, увы, император Николай II был не единственным русским царём, который претерпел насильственную смерть. Почему русский народ не несёт «массовую ответственность» за убийство царя Федора, императора Павла I, императора Александра II? Павла I убили кулуарно, будем так говорить, он стал жертвой дворцового заговора, Александр II пал жертвой теракта и в этом смысле обстоятельства их смерти вполне можно уподобить и смерти последнего русского императора, а вот убийство царя Федора Годунова носило вполне публичный характер.

Двигавшийся в 1605 г. на Москву Лжедмитрий I ещё из Серпухова отправил москвичам т. н. «прелестное письмо», своего рода послание, в котором ставил условие, что вступит в столицу России только после ликвидации царя Федора II и его матери Марии Григорьевны[xix], которые к тому времени были уже арестованы аристократами-изменниками. Послание самозванца читалось всенародно, на Лобном месте, после чего В. Голицын приказал убить законного царя[xx], хотя Федор II стоял до последнего, защищая своих родных и будучи верен своей Родине. Разве это не достойная смерть православного монарха? Разве здесь нет подлого предательства, хотя и не всего русского народа, но весомой части аристократии и тех москвичей, которые слышали «прелестное письмо» самозванца и выполнили его условие? При аналогичных обстоятельствах[xxi] был казнен и византийский император Маврикий в 602 г., перед смертью ставший свидетелем казни пятерых его сыновей[xxii]. Не менее десяти византийских императоров умерли насильственной смертью, т. е. были убиты, однако церковная история не знает никакой «массовой ответственности» народа за убийство этих царей, никаких чинов всенародного покаяния.

Идеологи теории царя-искупителя любят ссылаться на «чин покаяния» в убийстве царя Федора Годунова совершенный святыми Патриархами Иовом и Гермогеном в Успенском соборе Кремля. Участники смуты конкретные персоны, нарушившие клятву царю Федору и присягнувшие Лжедмитрию, подали Патриарху Гермогену челобитную, в которой каялись в конкретном предательстве и личном вероотступничестве. Патриарший архидиакон публично прочел эту челобитную, а после и «разрешительную грамоту», которая была составлена заранее[xxiii]. Т. е. в данном случае, как это ни странно, но мы имеем дело скорее с некоей политической акцией, а не с чисто религиозной. Это, во-первых. Во-вторых: каялись в преступлении крестоцелования и присяге «вору Лжедмитрию» конкретные лица, имевшие непосредственное отношение к содеянному ими преступлению, а не весь «честной народ». Т. е. данный чин покаяния был не всенародным, а, так сказать, принародным. В-третьих, «спустя два месяца после этого, 15 тысячный отряд царского войска изменил Шуйскому и под Калугой перешел на сторону Болотникова… а 1 августа, в Стародубе объявился второй самозванец, он двинулся к Москве и 1 июня 1608 года стал станом в 12 верстах от Москвы в селе Тушине, от которого и получил название Тушинского вора. Среди самих Московских бояр явились попытки низложить Шуйского.

Увы, итогом данного покаянного чина стали не мир и благодать, а, наоборот, открылись самые страшные и кровавые страницы русской смуты начала XVII века. И, конечно же, в-четвертых, Блаженной памяти Святейший Патриарх Московский и Всея Руси Алексий отметил невозможность сравнения «чина» современных царебожников с покаянием 1607 года – ведь это было покаянием народа в личных грехах[xxiv]. Патриарх Алексий II также подчеркнул, что с православной точки зрения «покаяние» за чужие грехи, за грехи уже умерших людей невозможно – в христианстве нет «коллективной» или «поколенческой» ответственности[xxv].

Ещё раз повторимся – казнь св. императора Николая II не была публичной и абсолютное большинство (можно смело утверждать, что 99,9%) не имели ни малейшего представления о намерении большевиков убить св. Николая II, и, соответственно, никаким образом не участвовали в этом злодеянии, не могли помешать ему, равно как и способствовать. Москвичи эпохи Смуты могли бы возвысить свой голос, не согласиться с требованиями Лжедмитрия и, создав партизанские отряды, пытаться защитить монарха от неминуемой смерти. А в 1918 г. каким образом жители Петрограда или всей России могли бы реально помешать осуществлению казни св. Николая II при условии, что эта казнь не была публична? И опять же большинство жителей нашей страны (можно смело утверждать, что 99,9%) узнали о свершившейся казни постфактум.

Конечно, в те годы было достаточно граждан нашей страны, которые не любили царя и даже ненавидели как его, так и монархический строй в целом, в газетах печатались омерзительные, насмешливые, издевательские фельетоны и т. д. И даже, если кто-то из предков нынешних верующих православных христиан придерживался таких взглядов и даже участвовал в такого рода обструкциях, то такой человек несомненно согрешил именно в этом, но не в цареубийстве. Это разные вещи! Одно дело не любить некоего человека, не уважать и смеяться над ним, другое дело – убить его. Это не одно и то же!

10. Сомнительное «богословие» царебожников

Само собой разумеется, что идеологи теории о царе-искупителе и далее строят свои богословские гипотезы, каким именно образом грех цареубийц автоматически перешел на весь русский народ. На вопрос – «Зачем мне каяться в том, чего я не совершал?» – они отвечают следующим образом. Хитроумно апеллируют к Священному Писанию, к словам Апостола Павла – «Я желал бы сам быть отлученным от Христа за братьев моих, родных мне по плоти» (Рим. 9: 3). Из этих слов они делают вывод, что все «мы объединены кровно с нашим народом, родовые грехи всеобщего безумия касаются каждого его члена». Простите, но Апостол Павел в данном случае скорбит о своих единоплеменниках-евреях, которые не приняли Истинного Мессию, но ни о каком «переходящем родовом грехе всеобщего безумия», равно как и ни о каком всеразрешающем чине «народного покаяния» здесь речи не идёт. В данном случае авторы немного нафантазировали[xxvi], приписав словам Апостола Павла свой личный авторский смысл, весьма сомнительную трактовку, не подтверждённую ничем. Очередной пример грубого передёргивания слов и цитат, лишь подтверждающий не вполне добросовестные мотивы создателей соответствующей «Апологии».

Столь же недобросовестно авторы «Апологии» пытаются объяснить, каким именно образом люди, отвергшие св. царя Николая II и монархию в целом в период событий 1917-18 гг., нарушили клятву, данную на Земском соборе в 1613 г. их далекими предками. Идеологи «Апологии» резонно отсылают нас к словам Ветхого Завета – «Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвёртого рода, ненавидящих Меня» (Исх. 20: 5). И, действительно, благочестивый христианин, услышав эти слова может испугаться, смутиться, не понимая, что данное указание необходимо рассматривать в контексте всего Священного Писания. Прп. Ефрем Сирин так трактует эти слова: «Бог, по долготерпению Своему, терпит человека лукавого, и сына и внука его; но если они не покаются, налагает наказание на главу четвертого, как скоро он в лукавстве своем подобен отцам своим»[xxvii]. Т. е. речь не идёт о какой-то большой общности, как «народ Израилев», а о конкретном роде-семье, где есть отец-сын-внук. Блж. Иероним Стридонский пишет: «Наши помыслы и решения нашего ума Бог карает не сразу, но взыскивает в потомстве, то есть в дурных делах и в коснении греховном»[xxviii]. И здесь нет ни слова о каком-то «соборном», общественном грехе.

Надо отметить, что в Священном Писании есть и другие слова: «Отцы не должны быть наказываемы смертью за детей, и дети не должны быть наказываемы смертью за отцов; каждый должен быть наказываем смертью за своё преступление» (Втор. 24:16). У пророка Иезекииля читаем: «зачем вы употребляете в земле Израилевой эту пословицу, говоря: «отцы ели кислый виноград, а у детей на зубах оскомина»? Живу Я! говорит Господь Бог, – не будут вперед говорить пословицу эту в Израиле. Ибо вот, все души – Мои: как душа отца, так и душа сына – Мои: душа согрешающая, та умрет. Если кто праведен и творит суд и правду ... то он — праведник, он непременно будет жив, говорит Господь Бог» (Иер. 18: 2-9).

Ветхозаветные иудеи той эпохи были склонны видеть причины своих страданий (том числе вызванные и внешними угрозами) не в своих личных грехах, не в том, что они лично отворачивались от Бога, а в грехах отцов. И Господь жёстко порицает такую позицию. Как ни странно, но эти слова Священного Писания дают нам ключ к пониманию психологии идеологов и адептов таких движений, как царебожие – ветхая природа человека всегда (иной раз подсознательно) стремится видеть причины своих несчастий не в личных грехах (будь то ложь, безбожие, предательство, объядение или пьянство), а в каких-то сторонних обстоятельствах, в том числе и в грехах своих предков. Бороться с грехами невероятно сложно и гораздо проще воспринимать себя невинной жертвой отеческих прегрешений. Самое опасное в такой позиции – человек не меняется, он не кается в своих грехах и не изживает их.

Но как же совместить этот принцип «сын за отца не отвечает» с теми грозными словами, когда Господь обещает наказать за грехи до третьего и четвёртого рода? Святоотеческая традиция (см. выше) учит нас тому, что в данном случае конечно же речь идёт о личных грехах того или иного человека, наказание (т. е. следствие) за которые переходит на его детей, но в том случае, если (по слову прп. Ефрема Сирина) дети «в лукавстве своем подобны отцам своим» и, если (по слову блж. Блж. Иеронима Стридонского) дети находятся в «в дурных делах и в коснении греховном». Т. е. речь идёт не о некоем метафизическом грехе, довлеющем над человеком, его семьей или всем народом, а о реальной греховной жизни конкретных людей.

Все люди греховны, это очевидно, но даже непредвзятое наблюдение иной раз позволяет констатировать, что та или иная греховная наклонность проявляет себя в каком-то конкретном человеке особенно настойчиво, человеку не удаётся это скрыть от взора окружающих. Бывают люди особо эмоциональные, отсюда и гневливые, люди с выраженной страстью сребролюбия или чревоугодия, с выраженной блудной страстью. Нередко эти греховные наклонности человек усвояет себе ещё будучи ребёнком в семье. Само собой разумеется, если человек с детства является свидетелем грубых отношений между родителями, то и, будучи взрослым, яркие вспышки гнева, агрессии станут его невольными спутниками. Если человек с детства растёт в атмосфере лени или пьянства, то и во взрослом возрасте порог принятия им различных «расслабляющих средств» будет много ниже, чем у тех его ровесников, которые не имели в детстве опыта родительской лени и пьянства.

Некоторые богословы, данные греховные наклонности именуют «родовым грехом». Эти наклонности очевидны не только для окружающих, но и для самого их носителя и крайне важно – борется человек с этими наклонностями (гнев, жадность, блуд, лень, пьянство) или нет, соглашается, потакает ли этой греховности. Если человек ведёт с этой наклонностью духовную борьбу, то с помощью Божией постепенно эта наклонность изглаждается. Если же человек потакает дурной наклонности, усердно служит ей, подавая своему подрастающему поколению дурной пример, то в конце концов через какое-то время эта страсть полностью захватывает очередного её наследника (внука-правнука) и род как таковой просто прекращается со смертью грешника. Авторы «Апологии» пишут: «И хотя в Библии сказано: сын не понесет вины отца, и отец не понесет вины сына (Иез. 18, 20), но совершенные нашими предками нераскаянные грехи будут довлеть над последующими поколениями в виде удобопреклонности к совершению аналогичных грехов и оправданию их, что само по себе уже является наказанием». Здесь вопрос один – какое непосредственное отношение они имеют к идеологии соборного покаяния?

Конечно же многие цитаты святых отцов авторам «Апологии» известны, они их цитируют, естественно, применяя в угоду своей идеологии. Но даже, если мы согласимся, что за конкретный грех некоего Василия, жившего, скажем в начале XX века приходится отвечать его правнуку… некоему Василию живущему в начале XXI века, то даже такая, по-сути языческая трактовка «кровного греха» подразумевает, что за грех конкретного прадеда отвечает конкретный правнук, а не вся деревня или губерния. Идеологи же царебожия настаивая на «коллективной ответственности» за личные грехи инспирируют такую смысловую «натяжка», такое насилие даже над формальной логикой, что принять такое понимание сути вещей не представляется возможным. Пренебрежение рациональным подходом со стороны авторов «Апологии» и апелляция к сердцу (к чувственной сфере человеческой природы), в духе «голосуйте сердцем» не только не делает позицию идеологов теории царя-искупителя более убедительной, а скорее наоборот… За неимением качественных аргументов в пользу своей теории авторы «Апологии» пытаются склонить читателя к принципу «не думай, а просто поверь, не проверяй, а доверься…».

Авторы «Апологии» много пишут о том нравственном кризисе и многочисленных нестроениях, которые, безусловно, являются реальностью жизни современной России – и демографический кризис, соответственно проблема абортов и разводов, разгул оккультизма, сквернословие… и ещё много-много чего. Конечно же сложно спорить с тем, что в нравственном аспекте наша Родина переживает, видимо не лучшие времена. Это так. Но составителям «Апологии» не удаётся обосновать, что причиной этих нестроений является именно убийство св. царя Николая. Почему они столь навязчиво связывают якобы очевидное для них следствие с измышлённой ими самими причиной? А может причина нынешних нестроений в чем-то ином? Может нечестие, безнравственное поведение каждого конкретного россиянина, в том числе и православных наших собратьев в их реальной насущной жизни (а не жизни их предков) является подлинной причиной всех наших бед?

В дни т. н. советского ренессанса, когда принято вспоминать советскую эпоху в самых романтичных её оттенках, нередко от людей, симпатизирующих той самой эпохе, можно услышать рассуждения – ну вот, мол, профукали СССР – теперь расплачиваемся – ни производства, ни твёрдой власти, ни нравственных устоев – одни деньги на уме у людей, а отсюда и демографический кризис и «толпы мигрантов» и т. п. Можем ли мы найти логику в подобных рассуждениях? Безусловно! Есть ли в этой логике нечто общее с логикой «царебожников»? Да, есть! Есть ли какие-то отличия? Конечно. Ностальгирующей по советской эпохе люди по крайней мере апеллируют к реальным фактам (интерпретируя их, правда, в весьма вольном и угодном для них ключе). А самое главное, они не играют на религиозных чувствах людей, не затрагивают священного, сакрального и даже идеологического, чаще – чисто человеческое.

Авторы «Апологии» вряд ли разделят «правду и боль» неосоциалистов, тем более, что советская эпоха в их сочинениях повергается явному принижению: «в жизни мы видим примеры того, как потомки тех, кто разрушал храмы после революции, часто лишаются разума, а дети медиков, массово совершающих детоубийства во чреве, вырастая, становятся бесплодными». Мы готовы согласиться с этими утверждениями, да, скорее всего так оно и есть, но не потрудятся ли авторы «Апологии» привести хотя-бы какие-то (пусть самые условные) статистические данные или мы опять имеет дело с очередным популистским заявлением в духе «британские ученые доказали…», «афонские монахи предсказали…»?

11. Лукавая «самоцензура» царебожников

Авторы «Апологии» приводят слова блаженной памяти Святейшего Патриарха Алексия II: «Мы призываем к покаянию весь наш народ, всех чад его, независимо от их политических воззрений и взглядов на историю, независимо от их этнического происхождения, религиозной принадлежности, от их отношения к идее монархии и к личности последнего Российского Императора… Покаяние в грехе, совершенном нашими предками, должно стать для нас ещё одним знамением единства». Но о каком покаянии говорит Святейший Патриарх? Ни о каком царе-соискупителе речи не идёт, равно как не идёт речи о некоем соборном покаянном мероприятии. Ещё в 2006 г. Святейший Патриарх Алексий сказал следующее: «Искупительный подвиг один – Господа нашего Иисуса Христа, и сравнивать расстрел императора и его семьи с искупительной жертвой Спасителя невозможно»[xxix]. Почему авторы «Апологии» умалчивают об этих словах Святейшего Патриарха?

В своём обращении к клиру и приходским советам храмов Москвы на епархиальном собрании 15 декабря 2000 года патриарх Алексий II сказал: «В связи с канонизацией царственных страстотерпцев и новомучеников Российских во многих храмах появились службы и акафисты им, составленные там же, за рубежом, и носящие чаще всего политико-полемический характер. Не всегда в них с достаточной любовью, по-христиански раскрыт подвиг мужества и стойкости в несении страданий за веру и правду Христову…Например, появился «Царский сборник», в котором опубликованы службы и Акафист царственным мученикам. Нами было принято решение, что служба царственным страстотерпцам будет подготовлена, издана и апробирована Священным Синодом. На издание этого сборника никто не испрашивал благословения, он содержит еретические нормы, ибо император Николай II ставится на один уровень со Христом Спасителем. Искупительный подвиг императора приравнивается к Искупительному Подвигу Христа Спасителя. Это ересь. И если эта ересь будет распространяться в каком-либо из храмов или употребляться за богослужением, мы привлечем настоятелей к ответственности за распространение еретических мыслей»[xxx].

«Мы не можем согласиться с текстом «мытищинского чина», – сказал Святейший Патриарх Алексий, – так как особое место в нём занимает призыв покаяться «за недостаточность» прославления новомучеников и царской семьи»[xxxi]. Патриарх отметил, что эти священнослужители действуют без благословения или даже вопреки воле священноначалия и указал на «несомненную душевредность» чина[xxxii]. Тех священнослужителей, которым не хватает Таинства Покаяния, совершаемого в храмах, необходимо лишать сана, ведь они сеют раздор и смуту внутри Церкви, подчеркнул Святейший Патриарх Алексий[xxxiii]. Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл сказал: «Обращение к каждому человеку с призывом к покаянию есть наиважнейшая миссия Церкви, от которой она никогда не отступит. Но призывы ко всеобщему покаянию за то, что не совершало нынешнее поколение, – есть призывы лукавые, потому что Сам Бог, вернув нам наши святыни, показал, что Он простил наш народ»[xxxiv].

В своей время иерей Даниил Сысоев, суммируя полемику, возникшую вокруг идей царя-искупителя, высказался следующим образом: «Это кощунственное учение о «царе-искупителе» в корне противоречит Новому Завету и учению Вселенской Церкви, на V Вселенском Соборе осудившей ересь Оригена, говорившего о возможности повторного Искупления (хотя этот еретик и не зашёл так далеко, как современные монархисты, ибо он приписывал второе распятие не человеку, а самому Господу Иисусу). Отметим, кстати, что понятие «царь-искупитель» полностью противоречит учению о «не искупленном русским народом грехе цареубийства» (…). Учение о «царе-искупителе» является не просто хлыстовской ересью, но и откровенной хулой на Господа нашего Иисуса Христа — Единственного Искупителя рода человеческого, в том числе и русского народа»[xxxv].

В 2006 году митрополит Воронежский и Лискинский Сергий (Фомин) таким образом высказался по поводу акции всенародного «соборного покаяния в грехе цареубийства», инспирируемого рядом околоправославных сект: «Канонизация Николая II и его семьи в лике страстотерпцев не удовлетворяет новоявленных ревнителей монархии»[xxxvi], и прямо назвал такие монархические пристрастия «ересью царебожия»[xxxvii].

12. Выводы

На самом деле многое из того, что можно встретить на страницах вышеупомянутой «Апологии», вызывают где-то сочувствие или даже некую симпатию… чисто по-человечески. Нам всем не безразличная судьба нашего Отечества, безусловно. Авторы «Апологии» призывают к диалогу в пространствах православной общественности, дабы обсудить назревшие на данный момент вопросы. Во-первых, хотелось бы, чтобы авторы «Апологии» всё же были добросовестны и честны в предоставлении той или иной аргументации своих взглядов, не повторяли уже избитые, неудачные, а потому и много раз опровергнутые мифологемы и лозунги (см. ниже), не пользовались бы моделью определенияx через y (см. ниже).

Авторы «Апологии» призывают не только к покаянию в грехе-цареубийства, но и глубокому осознанию происшедших событий. Но имеют ли сами авторы вышеупомянутое глубокой осознание (или стремление к нему) или занимаются грубым популизмом и дешёвой пропагандой? Даже поверхностное изучение текста «Апологии» позволяет констатировать, что ничего нового с начала 1990-х гг. XX века, по-существу произошедшего страшного события в 1918 г. авторы представить не могут. Все те же изжившие себя мифы, пропагандистские сценарии и т. п. Безусловно, можно согласиться, что монархический строй для православного человека является наиболее приемлемой формой правления из всех возможных и уже известных в истории. Но каким именно образом идеологи «Апологии» собираются возрождать монархию в современной России? Ни одного слова в данной работе об этом попросту нет. Ни одного даже намёка, никакой аналитики, никаких рассуждений, прогнозов, построенных хотя даже на платформе личных убеждений, мы уж не говорим о том, что неплохо бы было данную аналитику и «дорожную карту» сопоставлять с данными современной социологии, политологии, психологии и т.д.

Идеологи данной работы, как и в начале 90-х талдычат (уж, простите за грубое слово) все те же сюжеты и программы – «при демократическом, социалистическом или республиканском строе человеческая личность не может найти поддержки в осуществлении своих высших религиозно-нравственных запросов». Допустим, это так. Но где аргументация? Авторы «Апологии» осознают тот факт, что для возрождения монархии (да хотя бы и для проведения того же пресловутого чина всенародного покаяния) их воззвания должны быть понятны и восприняты широким кругом граждан современной России, а не только в узком кругу «союза спасения». Нужна качественная, ёмкая, грамотная аргументация… Но нет не только её, нет вообще никакой! Далее – «при демократическом, социалистическом или республиканском строе человеческая личность не может найти поддержки в осуществлении своих высших религиозно-нравственных запросов». Вообще-то может. Сам Бог и является той самой Поддержкой и не важно при каком экономическом строе или политической системе живёт человек! Как спасались египетский или сирийские отшельники, фактически никак не соприкасавшиеся с государством? Как спасался прп. Максим Грек, который стал узником (по навету и клевете) в той самой богоспасаемой царской России? Как спасался свт. Иоанн Шанхайский, живший в США во второй половине XX века? Каким образом власти США поддерживали его в осуществлении высших религиозно-нравственных запросов?

Далее – «Человек трансформируется в физическое лицо и выступает как экономическая единица государственной машины, при этом религиозная сторона жизни полностью игнорируется или даже подавляется государством». Это все опять же о демократическом мире, республиканской форме правления и т. д. Позвольте вопрос, а в рамках православной монархии человек не является физическим лицом? Авторы «Апологии» всерьез полагают выйти с такой «рабовладельческой» формулой к широким слоям российского общества? А в рамках православной монархии разве человек не является экономической единицей государственной машины? Напомнить нашим малообразованным монархистам об эпохе Петра I и Екатерины II, когда религиозная сторона игнорировалась и подавлялась не только государством, но и вполне «верными чадами» самой Церкви (вспомним молодые годы свт. Игнатия Брянчанинова).

Насколько очевидно для авторов «Апологии», что возрождение монархии в России на сегодняшний день абсолютно невозможно в тех формах, в которых таковая имела место быть до революционных событий 1917 г? Даже если бы это возрождение было возможно, то его перспективы требуют очень серьезной аналитики, острожного подхода, а главное – адекватности, т. е. понимания и принятия того, что наше общество в течение 80 лет жило в условиях военного коммунизма, коммунистических пятилеток, а потом ещё 30 в условиях свободной «демократической» страны. Закрывать глаза на эти факты невозможно. Но на страницах «Апологии» глаза её идеологов абсолютно закрыты.

Нам часто приходится наблюдать, как молодые люди, рождённые уже в 90-е гг. XX столетия и уже придя на сегодняшний день в совершенный возраст начинают с упоением мечтать о советских реалиях, мол «Эх, хорошо в стране советской жить». Люди, заставшие советскую эпоху, опять же в сознательном возрасте, смотрят на этот молодняк, кто с грустью, кто с иронией, ибо понимают – эти молодые люди не смогли бы жить в СССР, они бы оттуда сбежали, ибо представить себе не могут, что значит жить в стране, где «в телевизоре» только два канала и по обоим сводки с полей, когда на весь квартал только один продуктовый магазин и тот открыт только до 18.00. Ну а эпопею с жвачкой и джинсами оставим за скобками нашей работы.

Складывается впечатление, что современные неомонархисты, авторы т. н. «Апологии» – своего рода мечтатели. То, что происходило со многими нашими согражданами в 1990-е годы можно называть словом «эскапизм» (англ. escape – «сбежать, спастись») – избегание неприятного, скучного в жизни, особенно путём чтения, размышлений и прочей более интересной деятельности; уход от реальности в инобытие, инореальность, иномирие; бегство от действительности. Для многих советских граждан крушение СССР стало настоящей экзистенциальной трагедией, потому что рушились мировоззренческие идеалы, сам строй жизни, её внутреннее дыхание – печали и радости потеряли привычное (даже временное) местоположение. Из жизни исчезли привычные праздники – 7 ноября, 22 апреля, 1 мая, воспоминание тех событий, которые были переполнены чувством достоинства и духом триумфа.

И эту пустоту нужно было чем-то заполнить. К сожалению, вместо подлинной христианской сотериологии и экклесиологии в жизнь некоторых неофитов прорвалась вот эта вульгарная, политически ангажированная идея… триумфа царя-искупителя, которая с традиционно церковной и богословской точки зрения является грубой профанацией, подменяя реальную небесную победу – нереальным фантазийным торжеством земным, своего рода сублимацией старых, ветхих советских триумфов в новый (и, к сожалению, нереальный) духовный мир.

13.Заключение

Безусловно, призыв к покаянию сам по себе – чрезвычайно важное событие, с этого призыва начинается проповедь Господа нашего Иисуса Христа. Можно сказать, что без покаяния нет не только христианства, нет даже религиозности как таковой... И если бы, действительно, наш народ (равно как и другие народы) покаялся, т. е. все люди принесли плоды достойные покаяния, если бы в их душах произошла та самая μετ?νοια – перемена ума, когда человек зло назвал бы злом, грех – грехом, мерзость – мерзостью, то нет никаких сомнений – очень многое в аспектах даже внешней нашей жизни (включая политическую составляющую) переменилось бы... Если бы каждый конкретный человек покаялся в тех грехах, которые жгут его совесть, мучают его душу, покаялся бы серьёзно, глубоко, обстоятельно, с полной и твёрдой решимостью изменить свою жизнь (пусть и не сразу осуществляемой в реальных обстоятельствах бытия), то нет никаких сомнений – восторжествовал бы библейский принцип – покаялись ниневитяне и спасена была Ниневия. Если бы это произошло – произошло бы чудо!

Поэтому глубокое и даже можно сказать преступное заблуждение (и, по всей видимости, намеренная попытка ввести в это заблуждение некомпетентных читателей) утверждение авторов «Апологии», что, мол, не надо ждать, пока наполнятся храмы – нужно совершить чин, т. е. провести «покаянную» церемонию… и раз – вся страна станет верующей. Ну сколько же можно наступать на одни и те же грабли! Ну откуда в новой православной России всё тот же коммунарский душок – «Эх, весь мир то мы разрушим до основания и свой новый совершенный создадим!»… Эх, вот организуем мы покаянное действие (да так, чтобы все телеканалы мира транслировали) и раз… Россия воспрянет от пьяного сна и снова станет православной. А как же катехизация, а как же воцерковление, а как же всестороннее, глубокое изучение основ Православной веры, как же серьёзный, проникновенный и духовно-нравственный анализ собственной жизни каждого конкретного воцерковившегося человека? Ведь без этого невозможно искреннее покаяние! Достаточно провести внешний чин и всё? Это либо предельно наивные мечты, либо хитрая и злонамеренная попытка внести в Русскую Церковь раскол. Да, с духовной точки зрения нашу Родину ничего не спасало так, как покаяние. Но какое покаяние? Покаяние каждого конкретного человека в тех грехах, которые жгут его совесть и мучают его душу! А что нам предлагают авторы «Апологии»? ПОДДЕЛКУ! Внешнюю церемонию и никакого подлинного покаяния!

Нам всё время подсовывают какие-то подделки, то «молитвы по соглашению», где подлинная молитва заменяется коллективным вычитыванием некоего Акафиста под «сладенькие» проповеди безграмотного лжесвященника, то очередного «спасителя России в борьбе с жидомасонами», по совместительству бывшего убийцу, то одиозного «патриарха и царя» одновременно, в одном лице. Сплошные подделки. Что же происходит с нашей Церковью?

В наши дни только в Русской Православной Церкви (из всего православного мира) нет серьезного раскола! Его нужно организовать! И за всеми этими «сценариями» (типа царебожничества) стоят вполне опытные и профессиональные архитекторы цветных революций и иных «мягких» преобразований в разных странах нашего мира. Наше время, наши дни, события, происходящие в мире, жёстокое, агрессивное и на сегодняшний день уже не просто подогретое, а весьма горячее противостояние России и «коллективного запада» ни у кого не оставляют сомнений в том, о чем Русская Православная Церковь говорит довольно давно – у России есть недоброжелатели в лице самых влиятельных и могущественных политических сил мира сего. Разумеется, заветной мечтой этих господ является таковой геополитический расклад, при котором наша страна не существовала бы вовсе, ну или хотя бы не существовала в тех масштабах и с той военной и дипломатической мощью, с которой она существует на сегодняшний день.

Анализируя печальные события смуты и польско-литовского нашествия 1612 года (а также аналогичные исторические события российской истории в более поздние времена, вплоть до наших дней) приходится констатировать, что эти силы давно и упорно транслируют следующий сценарий будущего России, который их абсолютно устраивает – Россия должна распасться на несколько (а ещё лучше – множество) независимых «княжеств». Будучи людьми отнюдь не глупыми, наши недоброжелатели прекрасно осознают, что становым хребтом русского народа и русской государственности является Русская Православная Церковь. Говоря языком популярной журналистики – Русская Православная Церковь является самой древней, мощной и последовательной пророссийской организацией. С точки зрения чисто социологической (а не церковной, не богословской) такое определение в той или иной степени вполне уместно. И, соответственно, коллективный запад, в лице весьма неглупых его представителей прекрасно понимает, что расколоть Россию без раскола Русской Церкви невозможно.

Но как расколоть Русскую Церковь? Умные противники не будут действовать абы как, на авось. Модель их игры, в которых заложены основополагающие принципы их действий – шахматная доска, где все внимательно и скрупулёзно просчитывают наперед. Они изучают российскую историю и прекрасно понимают, что левый или либеральный раскол в Русской Церкви обречен на провал… Последователи протоиерея Александра Меня, священника Георгия Кочеткова – немногочисленные представители московской и питерской гуманитарной интеллигенции, увы, не способны потрясти «церковный мир», их слова (позиция) – не слово «товарища маузера», они не смогут увести в раскол традиционно консервативное церковное большинство.

Одновременно с этим из истории известно, что единственный «успешный» раскол в Русской Церкви – это старообрядческий раскол. А посему имеет смысл провоцировать не левый (либеральный) раскол, а правый, раскол «ревнителей-консерваторов». Именно они в своей экзальтированной ревности по «старославянскому языку», «царю-батюшке», «святым отцам» (хотя абсолютное большинство из этих ревнителей не то что святоотеческой литературы не читали, но, боюсь, что даже не держали в руках), «старцам» и ненависти к экуменизму, модернизму, любым новым технологиям смогут увести достаточное количество церковных людей в раскол.

Однако, православные люди прекрасно помнят страшные слова свт. Иоанна Златоуста: «производить разделения в Церкви не меньшее зло, как и впадать в ереси... грех раскола не смывается даже мученической кровью». А посему обычных православных людей нужно убедить в том, что та «официальная Церковь» – это не настоящая церковь, она утратили благодать (приняв ИНН, погрязнув в экуменизме), в ней нет Христа, а настоящая Церковь – там, «у старцев», и там Христос. «А, соответственно, грех раскола уже не грех раскола, поскольку настоящие раскольники – это Патриарх и официальная Церковь, а «мы» – церковь настоящая, истинно-православная церковь, с нами царь-искупитель, с нами старцы, много лет подвизавшиеся в горах Кавказа или на Афоне» – вот алгоритм рассуждений тех несчастных, которые столь опрометчиво поверили елейным проповедям «о старцах», «о прозорливцах» и слишком легко приняли эту ядовитую идею противостояния Истинной Церкви. И эта идея (выражаемая в том числе и в движении царебожников) присутствует в наши дни в нашей Церкви.

Председатель миссионерского отдела
Новосибирской епархии
протоиерей Александр Новопашин

[i] цит. по Фудель С. И. Путь отцов.

[ii] https://azbyka.ru/days/prazdnik-sobor-vselenskih-uchitelej-i-svjatitelej-vasilija-velikogo-grigorija-bogoslova-i-ioanna-zlatoustogo

[iii] Кострюков А. А. К вопросу о подготовке канонизации царской семьи в Русской Зарубежной Церкви // Вестник ПСТГУ. Серия 2: История. История Русской Православной Церкви. – 2013. – № 52 (3). – С. 44.

[iv] см. Григорьев А. Теология царя-искупителя https://www.ng.ru/society/2010-11-17/6_teology.html

[v] Кострюков А. А. К вопросу о подготовке канонизации царской семьи в Русской Зарубежной Церкви // Вестник ПСТГУ. Серия 2: История. История Русской Православной Церкви. – 2013. – № 52 (3). – С. 47.

[vi] например, такова кощунственная икона «Воскрешающая Русь», на которой Богородица убивает неверных падающими с Её покрова крестами. Это же можно применить и к т. н. иконе «Образ Пресвятыя Богородицы Дары Дающая» или «иконе» «Жертва Усердная», где Иоанн Креститель прямо указывает на царя как на Мессию.

[vii] подробнее здесь – Игумен Игнатий (Душеин). Доклад "Движение «царебожников» – путь к расколу". XI Богородично-Рождественские чтения (секции «Чудеса и духовность»), 2008. http://pokrov-fond-info.ru/content/dvizhenie-%C2%ABtsarebozhnikov%C2%BB-put-k-raskolu-igumen-ignatii-dushein

[viii] Здесь уместно будет вспомнить последователей бывшего схиигумена Сергия Романова.

[ix] Согласно взглядам одной из таких псевдоправославных сект-царебожников, антихрист будет побеждён в Иерусалиме не Христом, а православным царём, который затем организует всемирное православное царство.

[x] подробнее здесь – Родченкова Е. Власть совести. газета Завтра, 2010. – № 2 (162). https://web.archive.org/web/20101224175447/http://www.zavtra.ru/denlit/162/13.html

[xi] https://3rm.info/main/76303-carskij-post-2019-g-po-blagosloveniju-starca-ieroshimonaha-rafaila-berestova.html

[xii] подробнее здесь – http://www.novorossia.org/religia/752-2010-god-obyavlen-godom-sobornogo-pokayaniya.html

[xiii] Брат епископа Диомида (Дзюбана) совершает публичные богослужения у памятника царю-мученику Николаю под Москвой // Портал-Credo.ru, https://web.archive.org/web/20160304204302/http://www.portal-credo.ru/site/print.php?act=news&id=76495.

[xiv] Чин всенародного покаяния. Ответы на типичные вопросы о всенародном покаянии русского народа. https://web.archive.org/web/20101201170429/https://chin-pokayaniya.ru/index.php?m=2

[xv] Косвенно, потому что, хотя предательство это во всех отношениях постыдное дело, но всё же это не убийство.

[xvi] Согласно и советской и немецкой статистике в немецком плену содержалось несколько миллионов российских солдат и офицеров.

[xvii] см. Шафранова О. «Предки, современники, потомки. К истории рода святителя Игнатия Брянчанинова». https://azbyka.ru/otechnik/Ignatij_Brjanchaninov/predki-sovremenniki-potomki/

[xviii] Игумен Никон (Воробьев). О началах жизни. https://rop.ru/shop/product/o-nachalah-zhizni?ysclid=mnmyp1xjak694098995

[xix] Буссов К. Московская хроника // Смута в Московском государстве, с. 277.

[xx] Скрынников Р. Г. Борис Годунов. — М.: Наука, 1978., стр. 182.

[xxi] Martindale, Jones, Morris, The Prosopography of the Later Roman Empire, Volume III: A.D. 527–641. – Cambridge University Press, 1992. – ISBN 978-0-521-20160-5.

[xxii] Norwich, John. Byzantium: The Early Centuries. – London: Viking, 1988, p. 278.

[xxiii] Лопухин А. П. Православная Богословская энциклопедия или Богословский энциклопедический словарь. Том 4.

[xxiv] https://pravoslavie.ru/25327.html?ysclid=mniohvo58s810703017

[xxv] https://blagogon.ru/digest/792?ysclid=mniokq19r7443330186

[xxvi] а, если сказать более грубо, то – приврали.

[xxvii] Ефрем Сирин, святой. Творения. Т. 6. М., 2014. С. 323.

[xxviii] https://azbyka.ru/biblia/in/?Ex.20:5

[xxix] Хижий М. Канонизация Николая II и его семьи: официальная позиция РПЦ против антисемитизма правых радикалов // Труды по еврейской истории и культуре : Материалы XXI Международной ежегодной конференции по иудаике: Академическая серия, Москва, 03-05 февраля 2014 года / Центр научных работников и преподавателей иудаики в вузах «Сэфер»; Институт славяноведения Российской академии наук; В. В. Мочалова (ответственный редактор). – М.: Издательство Пробел-2000, 2014. – Вып. 50. – С. 236-242. – ISBN 978-5-7576-0328-5.

[xxx] Обращение Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия Второго к клиру и приходским советам храмов Москвы на епархиальном собрании 15 декабря 2000 года. – М., 2001. – С. 72.

[xxxi] Там же.

[xxxii] Предстоятель Русской Церкви осудил т. н. «чин всенародного покаяния»https://pravoslavie.ru/25327.html

[xxxiii] См. там же.

[xxxiv] Акафисты и книги прикладывать к больным местам — читать не обязательно. // Нескучный сад: журнал. https://www.pravmir.ru/akafisty-i/.

[xxxv] Сысоев Д., свящ.Богословские соблазны монархического движения // Благодатный огонь. – 2000. – № 4. – С. 57-62.

[xxxvi] Воронежская епархия РПЦ МП обвинила участников группы «всенародного покаяния в грехе цареубийства» в коммерческих устремлениях. https://web.archive.org/web/20150402120224/http://www.portal-credo.ru/site/print.php?act=news&id=42112

[xxxvii] там же.